«Я бы поиграл!» Юрий Вяземский сделал неожиданное признание

Профессор МГИМО Юрий Вяземский, автор и ведущий легендарной передачи «Умницы и умники», рассказал aif.ru, можно ли узнать ответы на вопросы олимпиады заранее и почему вундеркиндам трудно победить.

Юрий Павлович Вяземский — человек с прекрасным чувством юмора. Когда я позвонила ему, чтобы договориться об интервью, услышала в трубке быструю испанскую речь. Из льющегося потока незнакомых слов я распознала только одно — сеньора, и призналась, что по-испански не говорю.

«Ну что, в гости ко мне приедете?» — спросил Юрий Вяземский, когда перешел на русский и понял, что это журналисты aif.ru напрашиваются к нему на интервью. И в назначенный день Юрий Павлович встречал нас с фотографом прямо у подъезда своего дома: «В этой квартире у меня кабинет, здесь я работаю», — провел для нас небольшую экскурсию по своему двухкомнатному кабинету хозяин. Уютные кресла, книжные шкафы, на которых, помимо книг, стоят иконы, на стене — портрет жены, Татьяны Смирновой, ушедшей в 2022 году.

И стоит ли удивляться, что нашу беседу Юрий Павлович сам начал с вопроса: «Так, вы какой чай будете?»

Юрий Вяземский. Фото: АиФ/ Эдуард Кудрявицкий

«Больше в такие игры не играю!»

Екатерина Мазенко: Юрий Павлович, вас знают больше как ведущего передачи «Умницы и умники». Причем вы ее единственный ведущий, начиная с первых выпусков в 1992 году. А вам какая ваша профессиональная ипостась ближе?

Юрий Вяземский: У меня три профессии: преподаватель, прозаик и ведущий. И все три мне одинаково интересны. Но я ведь не просто ведущий. Ведущих много, замечательных ведущих! Есть ведущие от Бога — я ими восхищаюсь. Но я — редкий ведущий, потому что сам все читаю и потом сам все сочиняю. Таких создателей на нашем телевидении — трое, двое уже умерли — это Ворошилов и Масляков.

— Значит, вы смотрите «Что? Где? Когда?»

— Иногда смотрю. И даже один раз участвовал, это было лет 20 назад (в 2005 году команда ведущих во главе с капитаном команды режиссером и ведущим шоу «Последний герой 5» Владимиром Меньшовым приняла участие в весенней серии игр — прим. ред.). Мне позвонил Владимир Меньшов и позвал в его команду. Но я всю игру молчал, хотя и на один вопрос я догадался. Но не мое это… После началось безобразие: коллеги спрашивали меня, почему я все время молчал и не предлагал версии. И я понял, что больше в такие игры не играю, просто не имею права. Ведь для зрителей я самый умный. И ни к чему их разочаровывать.

— А разве нет? Наверное, не только мы, зрители, так считаем, но и ваши студенты. А были случаи, когда вы, очевидно, попадали впросак, когда не могли ответить на вопрос?

— Помню первый свой день, когда я начал работать преподавателем: я проводил семинар вместе с одним профессором. И вот в конце занятия он предложил мне: «Юрий Павлович, может быть, у вас есть вопросы? » И я задал вопрос, на который никто не смог ответить. Выяснилось, что и я не знал ответ. Сейчас я уже не помню, что это был за вопрос, но что-то такое мудрое, закрученное. Потом он мне посоветовал: «Вы все-таки будете преподавателем, поэтому старайтесь задавать такой вопрос, на который сами знаете ответ». Со временем для себя выбрал бронебойный вариант: я объявил себя учеником Сократа, и к своим студентам обращаюсь: «Любимые мои студены, помните, что говорил Сократ: „Я знаю, что ничего не знаю“. Какие ко мне вопросы?»

—В МГИМО учатся дети многих известных людей — артистов, политиков. Но мы никогда не видели их на вашей Олимпиаде? Почему?

— В самом начале была заявка от известного человека (не буду называть имени). Но тогда мы отклонили ее и ввели запрет на три категории учеников. Это дети сотрудников МИДа, преподавателей МГИМО и родителей с очень известной фамилией. Ведь, если выиграют, зрители могут не поверить в объективность, а проиграют —сами понимаете — мне жить хочется (Юрий Павлович улыбается). Но должен сказать, что, как правило, самые интересные и талантливые студенты — не из «умников». И еще могу добавить, что дети высокопоставленных людей обычно неизбалованные, и хорошо занимаются — с ними приятно общаться.

— Одним из ваших студентов был Илья Медведев, сын Дмитрия. Он хорошо учился?

— С ним вышел нехороший казус. Он был лучшим студентом, ходил на каждую лекцию и написал лучшую работу. Я никогда никому не ставлю 100 баллов, но вот ему мне хотелось поставить максимум. Когда я сказал ему об этом, Илья ответил: «Юрий Павлович, мне ценна ваша оценка, но поставьте мне 97 баллов»

«Вундеркиндов там нет»

— Кто становится участником Олимпиады? Наверное, вундеркинды, на которых родители других детей смотрят по телевизору и думают: «Куда моему-то недотепе до них…»

— Вундеркиндов там нет. Вундеркинд проиграл бы сразу, у меня есть примеры. Вундеркинды играют по своим правилам: если им покажется что-то неинтересным, они не будут этому уделять внимания. А у меня интеллектуальная игра, где, чтобы выиграть, необходимо отвечать на все вопросы. Для этого нужно много работать и читать — на подготовку к одной теме дается всего три месяца, а я заявляю только тему, без перечня вопросов. Нужно быть уверенным в себе и быстро ориентироваться. Как в «Что? Где? Когда? » — вопрос может быть совершенно жутким, а ответ очень простым. И, как в любых олимпийских состязаниях, нужно везение!

Юрий Вяземский. Фото: АиФ/ Эдуард Кудрявицкий

— А утечка информации возможна? Кто-то может заранее знать ответы?

— Сейчас нет. Но в начале запуска передачи при подготовке к съемкам мне говорили, что необходимо показывать вопросы редакторам и режиссеру. И, в конце концов, мне надоело вылавливать «засланных казачков». И я решил, что единственный человек, кроме меня, кто будет читать сценарий, это судья. Я готовлюсь к выпуску вместе с ребятами — они три месяца, и я тоже. Порой, читая, приходится возвращаться, одно и то же перечитывать по несколько раз, чтобы увидеть тот самый вопрос.

— Если бы вы сейчас учились в выпускном классе, попробовали бы свои силы в передаче?

— Мне было бы любопытно. Но я бы наверняка проиграл. Потому что, во-первых, не я бы составлял вопросы, во-вторых, мне кажется, что я вряд ли бы выиграл конкурс красноречия.

Юрий Вяземский. Фото: АиФ/ Эдуард Кудрявицкий

«Не говори красиво!»

— Юрий Павлович, а вам нравится, как ваши конкурсанты состязаются в красноречии?

— У нас талантливые и образованные дети, но часто они не могут говорить на публике, не умеют себя красиво подать, заявить о себе, — их этому просто не учат. И вот они на конкурсе стараются выдать все, что им удалось найти по теме за 15 минут в смартфоне! И не всегда получается изящно, ведь это же конкурс красноречия! (до того, как ребята зашли в зал, они могут пользоваться гаджетами, в том числе и во время подготовки к конкурсу красноречия — прим. ред.).

— У вас бывают любимчики среди конкурсантов?

— Конечно! Но это обычно как раз не самые умные! А те, с кем мне интереснее всего как ведущему. Если вдруг появляется веселый, сопротивляющийся и иногда даже кривляющийся человек, это вносит разнообразие в состязание.

Юрий Вяземский. Фото: АиФ/ Эдуард Кудрявицкий

— Как вы считаете, отличается ли нынешнее поколение студентов, выросшее с гаджетами в руках, от прежних?

— Умный человек эпохи Древнего Египта не так сильно отличается от современного умного человека. Вот дураки разные: они следуют тем ветрам, которые дуют в их время. Но что касается современной молодежи, то сейчас есть общая тенденция. Они более ленивые, они рассчитывают, что кто-то придет и им поможет. Их не учат работать с утра до вечера. Потому что о них очень заботятся — они же такие перегруженные! А чем они перегружены? Они что, квантовой физикой все занимаются?

Последние два года особенно заметно, что они концентрируются на отдельных клеточках знаний, но при этом у них потеряно ощущение общего пространства. Я это чувствую на своих «умниках». Например, ребята блестяще рассказывают про Вячеслава Молотова (1890–1986 гг., советский политический, государственный и партийный деятель — прим. ред.) и про Александра Горчакова (1798–1883 гг., российский государственный деятель и дипломат, один из сподвижников императора Александра II — прим. ред.). И один заявляет, что на смену Молотову пришел Горчаков. То есть для них нет большой разницы между 19 и 20 веками, но при этом детали они очень хорошо знают. А вот понять, что сначала был Горчаков, а потом Молотов, не могут. Мне говорили, что такая проблема есть и при изучении физики, и химии, потому что дети сейчас все точечно изучают.