ЭКО — это вам не шутки. Врач Хабарова раскрыла причину рака у Лерчек

В марте российские соцсети потрясла новость: у 33-летней Лерчек (Валерии Чекалиной) обнаружен рак желудка 4-й стадии с многочисленными метастазами. Долгое время врачи и поклонники гадали: откуда у молодой цветущей женщины, ведущей здоровый образ жизни, столь тяжелый диагноз?

Ответ, возможно, нашелся. 20 марта Лерчек опубликовала видео, в котором сделала откровенное признание: она много раз прибегала к процедуре экстракорпорального оплодотворения (ЭКО).

Общественность тут же вспомнила трагические истории Жанны Фриске и Анастасии Заворотнюк. Неужели искусственное оплодотворение действительно становится «спусковым крючком» для онкологии? Aif.ru вместе с гинекологом Университетской клиники РУДН Мариной Хабаровой разбирался в этом деликатном вопросе.

Валерия Чекалина и Луис Сквиччиарини. Фото: Коллаж АиФ

«Большое количество ЭКО»

Страшный диагноз — рак желудка с метастазами в легких — Лерчек поставили вскоре после того, как ситуация со здоровьем резко обострилась. Напомним, недавно она стала мамой в четвертый раз, отцом ребенка называют ее преподавателя по танцам Луиса Сквиччиарини.

Сейчас Валерия активно делится динамикой лечения в своем блоге. Но именно откровение про попытки забеременеть заставило многих пересмотреть взгляды на причину ее недуга. На видео, где блогер общается со следователем, который, по словам звезды, якобы ограничивал ее визиты к врачам, звучат важные слова.

«У меня трое детей. У меня было два кесарева сечения. У меня было большое количество ЭКО», — сказала Лерчек.

После этого пазл у многих сложился. Но так ли все однозначно?

Валерия Чекалина  и Луис Сквиччиарини с ребенком. Фото: соцсети

Агрессивный гормональный удар

Прямой взаимосвязи «сделала ЭКО — заболела раком» наука пока не выявила. Однако врачи не скрывают: риск развития осложнений существует, и виной всему — агрессивная стимуляция гормонального фона, необходимая для процедуры.

«ЭКО не „запускает“ рак с нуля. Риск связан не с самой процедурой, а с высоким уровнем эстрогенов во время стимуляции овуляции», — объясняет Марина Хабарова.

По словам эксперта, у женщин, прошедших через эту процедуру, статистически риск заболеть раком не выше, чем у остальных. Но есть один, порой фатальный, нюанс. Гормональный скачок может стать катализатором, если в организме уже дремлет беда.

«Если у женщины уже есть микроскопические, клинически невидимые раковые клетки, например, в молочной железе или яичнике, мощный гормональный всплеск может ускорить их рост. Именно поэтому перед вступлением в протокол ЭКО требуется тщательный онкоскрининг», — подчеркивает врач.

Валерия Чекалина. Фото: Кадр из видео

Влияет ли ЭКО на метастазы?

Случай Лерчек осложнен тем, что у нее диагностирован рак желудка, а не «женских» органов, которые напрямую зависят от половых гормонов. Могла ли процедура утяжелить стадию? По мнению Марины Хабаровой, доказательств того, что ЭКО вызывает метастазирование или усложняет течение уже имеющегося рака желудка, на данный момент нет.

«Прямой связи не установлено», — констатирует гинеколог.

Тем не менее любое вмешательство в организм сверх нормы — это стресс для иммунной системы. И даже такая распространенная процедура, как ЭКО, требует железных показаний.

Реальная угроза здоровью

Если связь с онкологией желудка остается вопросом дискуссионным, то другие угрозы искусственного оплодотворения вполне реальны. В списке осложнений — внематочная беременность и кровотечения. Но самым опасным состоянием врачи называют СГЯ.

«Синдром гиперстимуляции яичников (СГЯ) — самое опасное острое осложнение. При чрезмерной реакции на гормоны яичники сильно увеличиваются, жидкость накапливается в брюшной полости, сгущается кровь. Тяжелая форма СГЯ может потребовать госпитализации, оперативного лечения, пункции брюшной полости и угрожает тромбозами», — рассказывает эксперт.

Врач резюмирует, ЭКО — это серьезная медицинская манипуляция, а не просто способ «спланировать» ребенка побыстрее.

«Показанием к ЭКО является именно бесплодие или невозможность естественного зачатия», — говорит Хабарова.