Ревновала даже к мертвой? Почему последняя жена не выполнила волю Рязанова

Самым большим счастьем в жизни Эльдар Рязанов считал любовь. Режиссёру повезло: в его жизни были три прекрасные женщины. С первой женой Зоей он познакомился во ВГИКе, где учился на одном курсе. В том браке появились «Карнавальная ночь», «Гусарская баллада», «Дайте жалобную книгу». Вторая — Нина — была коллегой, и к ней, спустя годы метаний, он, в конце концов, ушёл от Зои. В тех отношениях родились «Гараж», «Служебный роман», «Ирония судьбы, или С легким паром!», «Вокзал для двоих», «Жестокий романс». А третья супруга Эмма поддержала Рязанова, когда Нина скоропостижно скончалась. Творчество мастера тех лет приняли не все. Как и их союз. Это не помешало им прожить вместе 20 лет, до последних дней режиссёра. Но после своей смерти Эльдар Александрович хотел оказаться в одной могиле только с одной из них. С Ниной. А Эмма не исполнила его волю. Почему? Разбирался aif.ru.

Эльдар и Нина

С Ниной Скуйбиной или Ниночкой, как её называл сам режиссёр, Эльдар Рязанов также был знаком с юности. Но тогда она выбрала не его, а своего однокурсника по ВГИКу Владимира Скуйбина. Вскоре они поженились, родился сын Коля. А потом глава семьи заболел гриппом. И от осложнения (бокового амиотрофического склероза) сгорел в возрасте 34 лет. На съёмках «Берегись автомобиля» потухшее в юности пламя вспыхнуло вновь. Ради Нины Рязанов решил оставить Зою. Но потом вернулся к ней, правда, и Нину бросить не смог. Так и метался между двумя женщинами. А Нина ждала и дождалась.

Официально она не была редактором его картин. Но её мнение, к которому режиссёр неизменно прислушивался, часто становилось решающим — будь то домашние беседы о новых проектах или рабочие моменты на съёмочной площадке. Во многом именно благодаря её поддержке и тонкому вкусу на свет появились его культовые фильмы, которые зрители давно растащили на цитаты.

Трагедия разразилась в 1994 году, когда после долгой борьбы с онкологическим заболеванием Нины не стало. Рязанов, приложивший все силы для её спасения, был совершенно раздавлен. Потеря, как он сам признавался, «разделила жизнь на „до“ и „после“». Коллеги видели в нём сломленного, потерянного человека, поглощённого тоской. Особых заслуг у женщины не было. Но режиссёр «выбил» ей место на Новодевичьем, чтобы однажды разделись с ней могилу. Но до этого было ещё 20 лет.

Могилы Эльдара Рязанова и Нины Скуйбиной. Фото: АиФ / Игорь Цветков

Эльдар и Эмма

В этот момент его опорой стала Эмма Абайдуллина, которая буквально вытащила 65-летнего режиссёра из трясины депрессии и вернула к жизни. Они были и раньше знакомы: она брала у него интервью, а ещё была киноредактором, работала в Киноцентре на Красной Пресне. Их брак в 1995-м приняли без лишних эмоций, но не осудили. Да и за что? Эмма спасала Рязанова от одиночества, а потом помогала «раскручивать» его киноклуб «Эльдар», в который знаменитые актёры съезжались на творческие вечера. Она с уважением приняла и его вечную память о Нине, портрет которой всегда оставался на его рабочем столе, а любовь к ней — в сердце. Ну так тогда казалось. Эмма поддержала идею мужа об уникальном надгробии для Нины на Новодевичьем кладбище — печальной статуи без лица и огромном камне у её ног, расколотом на две части, ставшем символом утраченной целостности. А Рязанов открыто и не раз говорил о своём желании после смерти упокоиться рядом с Ниной, под второй половиной этого камня.

Могила Нины Скуйбиной. Фото: АиФ/ Игорь Цветков

Однако последняя воля режиссёра не была исполнена. После его кончины 30 ноября 2015 года Эмма приняла решение похоронить мужа на отдельном участке, через несколько линий от могилы Нины. Этот шаг вызвал недоумение и критику со стороны некоторых друзей и коллег Рязанова. Многие считали, что нарушена священная воля покойного.

Могила Эльдара Рязанова. Фото: АиФ / Игорь Цветков

Причины такого решения Эмма, которой в этом году исполнилось бы 84 года, никогда не объясняла. При жизни. А в прошлом году её не стало, и в июне 2024-го её подхоронили в могилу к Рязанову. Женщина, посвятившая режиссёру последние 20 лет его жизни, вероятно, посчитала себя вправе остаться его единственной спутницей и в вечности. Так она решила. И помешать ей уже было некому. И даже памятник на могиле Рязанова (выразительный бюст на высоком постаменте, где годы жизни режиссёра высечены на стилизованной кинематографической «хлопушке») стоит спиной к монументу с могилы Нины, в которой Эмме ни при каких обстоятельствах места бы не нашлось.