«Зэки — моя самая отзывчивая публика». 10 фактов о шансонье Михаиле Гулько

В августе 2026 года не стало Михаила Гулько — легенда русского шансона ушел из жизни в Нью-Йорке на 96-м году. Для миллионов слушателей он навсегда остался человеком, чьи пластинки слушали тайком в СССР и открыто по всему миру. За его плечами — удивительная судьба: от шахт Донбасса до сцены в Кремле, от инженерной доски до статуса «крестного отца» жанра. О том, как горный инженер стал голосом эмиграции, почему его песни запрещали на родине и за что его обожали заключенные? Собрали в материале aif.ru десять необычных фактов из жизни шансонье.

1. «Неинженерная» кровь: семья музыкантов и купцов

Михаил Гулько родился в Харькове 23 июля 1931 года. Отец служил бухгалтером, мать была пианисткой и певицей, а дед до революции имел купеческий статус второй гильдии. С детства мальчик слушал патефонные записи Петра Лещенко, Константина Сокольского и Юрия Морфесси. Уже в 12 лет он наизусть знал около сотни композиций, а на аккордеоне играл так, что его приглашали на школьные вечера и танцы.

2. Военное детство и «песня, которую не мог петь»

С началом войны семья оказалась в эвакуации в Челябинске. По пути в школу Миша каждый день видел у рынка безногого матроса с гармошкой, исполнявшего «Я встретил его близ Одессы родной…». Эта мелодия запала в душу навсегда, однако на концертах Гулько ее не пел — каждый раз подкатывал комок к горлу.

3. Исключение из комсомола за «картошку» и побег в Москву

По настоянию родителей он выбрал «серьезную» профессию и поступил в Харьковский инженерно-экономический институт. Однако незадолго до защиты он отказался участвовать в сельхозработах, за что его отчислили и выгнали из комсомола. Пришлось восстанавливаться в Московском политехническом институте, который Гулько в итоге окончил как горный инженер.

4. Больше десяти лет в шахтах — и ни дня без музыки

Вернувшись на Украину, Гулько устроился в НИИ «Южгипрошахт», где проработал инженером свыше 12 лет. Но вечерами и выходными он музицировал без устали: играл на свадьбах, поминках, в ресторанах и заводских домах культуры. Позже признавался, что в те годы его знал практически каждый ресторанный музыкант Харькова, хотя днем он занимался чертежами и спускался под землю.

5. Камчатка: руководитель ансамбля и встреча с Шуфутинским

В 1960-х последовало приглашение на Камчатку. Там Гулько возглавил вокально-инструментальный коллектив при ресторане «Океан», выступал на кораблях для моряков и, наконец, осуществил давнюю мечту — окончил дирижерско-хоровое отделение музучилища. Именно на Камчатке он сблизился с Михаилом Шуфутинским, познакомился с бардом Юрием Кукиным и певцом Вадимом Козиным.

6. Запрещенная песня и потеря московской прописки

После возвращения в столицу Гулько руководил оркестрами в ресторанах, в том числе в саду «Эрмитаж». В 1972-м он рискнул исполнить на концерте песню «Журавли», находившуюся под негласным запретом. Уже на следующий день состоялся разговор в соответствующих органах, паспорт изъяли, а московскую прописку аннулировали. Его уволили со всех мест работы, а коллективы распустили. В 1980-м это подтолкнуло Гулько к отъезду в США к дочери.

7. Первый альбом — и мгновенная слава в СССР

В Нью-Йорке он начинал с выступлений в ресторанах, развозя свои демозаписи по заведениям на велосипеде. В 1981-м вышел его первый винил «Синее небо России» с треками «Поручик Голицын», «Белая береза», «Колыма» и «Эшелон». Пластинка мгновенно стала магнитофонным хитом на родине — ее копировали, переписывали и передавали друг другу как драгоценность.

8. «Господа офицеры» и миф о тюремном прошлом

Второй альбом «Сожженные мосты» увидел свет в 1984-м и принес такие шлягеры, как «Господа офицеры», «Прощание с Родиной» и «Окурочек». Благодаря лагерной тематике песен в народе возник слух, будто Гулько сам отбывал срок. На самом деле он никогда не был осужденным, однако десятки раз давал бесплатные концерты в колониях Сибири и Урала — и неизменно называл зэков самой отзывчивой публикой в своей жизни.

9. Аккомпаниатор Гурченко и друг Круга

В конце 1950-х Гулько аккомпанировал Людмиле Гурченко в ее первых эстрадных выступлениях. Они дружили долгие годы, и актриса в своих мемуарах отмечала, что Гулько обладал такой мужской харизмой, что на его фоне голливудские звезды казались блеклыми. Позже он близко общался с Михаилом Кругом, записывал с ним дуэты, поддерживал отношения с Кобзоном, Пугачевой, Розенбаумом и Довлатовым.

10. Академик шансона и «Дядя Миша» из Кремля

Всего Гулько выпустил более 30 альбомов — среди них «New York — Москва», «На материк» и две части «Неспетых песен». В 2002-м Михаил Танич вручил ему диплом «Академик шансона», а через пять лет он получил премию «Шансон года» и выступил в Государственном Кремлевском дворце, где его представили как «Дядю Мишу». В 2009-м вышла автобиографическая книга «Судьба эмигранта». В последние годы жизни Гулько тихо проживал в Нью-Йорке с третьей супругой Татьяной, практически не давая интервью.

Источники: tass.ru, radioshanson.ru, 5-tv.ru