«Второй паспорт получать не буду». Как живет вернувшаяся домой Дина Корзун

В этом сезоне актриса вошла в труппу «Покровка. Театр». 8 октября у нее первая премьера — Дина сыграет Антонину Монастырскую в спектакле «Вечно живые» по пьесе Виктора Розова, написанной в 1943-м, но и сегодня звучащей современно.

Татьяна Уланова, aif.ru: Дина, вы служили во МХАТе, потом, живя за границей, играли в театре, снимались. В том числе в популярном сериале «Острые козырьки». В 2021-м вернулись, создали свой спектакль. И вдруг решились войти в труппу, о которой после смерти основателя и худрука Сергея Арцибашева не было слышно. Театр маленький, роль не главная…

Дина Корзун: Я всегда искала театр-дом, театр-семью, где есть единомышленники, где может быть одинаковое понимание важного. Дело ведь не в том, какой величины зал, какой зритель и кто худрук. Артисту нужно быть очень внимательным и осторожным, соглашаясь идти в ту или иную труппу. Это как выйти замуж…

Для меня важны не стены и ремонт, а люди. Важно — с кем я буду здороваться, кого — поздравлять с днем рождения, кому — улыбаться. Уверена, каждый артист любого репертуарного театра меня поймет.

Дина Корзун. Фото: АиФ/ Игорь Харитонов

— Бренд вас меньше интересует?

— Меньше. Мой выбор основан на жизненном опыте. Я играла в Лондоне — в Королевском национальном театре, во многих антрепризах, со звездами.

В прошлом сезоне меня приглашали во МХАТ им. Горького. Начала репетировать роль. Но почувствовала, что роль не моя, тема мне не близка. Хотя и благодарна коллегам за опыт. Если бы сердце забилось радостно, конечно, осталась бы. Театр-дом и театр-семья — это когда у тебя хорошие отношения с главным режиссером, и ты репетируешь то, что по сердцу.

Сейчас я вхожу в новый мир по приглашению Дмитрия Бикбаева, с которым мы в прошлом году участвовали в фестивале «Живая сцена». Сделали спектакль по пьесе «Обыкновенное чудо». И получилось так здорово, что мне не хотелось расставаться с командой.

— И тут Бикбаев стал худруком «Покровка. Театр».

— Да, а я еще и живу рядом. Помню, Луи (муж Дины — aif.ru) спрашивал: «А ты не знаешь, что это за театр?» Я тогда подумала: хорошо бы здесь на Покровке когда-нибудь сыграть мой моноспектакль «Как я пришла в сознание».

— И всегда вас наверху слышат?

— Всегда. Слава Богу. Думаю, наверху слышат и видят абсолютно каждого человека. Главное — я почувствовала себя в этом театре нужной. Согласилась попробовать.

Давно учусь жить в согласии со своим сердцем, с совестью. Слышать тихий голос в сердце, руководствоваться интуицией. Точно уже знаю, для чего хочу жить, что для меня важно. Я не кидаюсь во все подряд. Разборчивая.

«Ради чего ты жила? Какой была матерью, женой, дочерью?

— В фильме Калатозова «Летят журавли» роль Монастырской — крошечная…

— Пьеса Розова очень хорошо написана. Все роли — яркие, многогранные, нет неважных. В моей роли Антонины — ее отношение к людям, к вещам, к мужчинам, к будущему. Даже ко Вселенной…

— И сегодня есть такие Антонины, Марки, которые во время войны кутят, всеми правдами и неправдами добывают бронь.

— Всё циклично. Времена меняются, психология людей — не очень. Мы все наверняка знаем таких людей, встречали их. Мне героиня Монастырская не очень близка. Но играть ее интересно. Стараюсь по Станиславскому представить себя в ее обстоятельствах. Быть адвокатом роли. Но ценности моей героини мне не близки. По Вахтангову пытаюсь придумать яркий образ, не похожий на меня, но нарисовать все-таки живого человека.

В нашем театре на Покровке спектакль «Вечно живые» идет уже 15 лет. И всегда — полный зал. Дмитрий Бикбаев открывает сезон этой пьесой, созвучной нынешнему дню. А 2 декабря в репертуаре уже стоит мой моноспектакль «Как я пришла в сознание».

— Ощущение, что вы не гонитесь ни за ролями, ни за деньгами. Хотя многие ваши коллеги сегодня работают нон-стоп, пытаясь объять необъятное.

— Ни за деньгами, ни за славой не гонюсь, это правда. Хотя деньги нужны, как и всем. На творческие проекты. И об интересной работе тоже мечтаю.

Дина Корзун. Фото: АиФ/ Игорь Харитонов

— Когда вернулись, чувствовали, что вас подзабыли?

— Есть такое. В нашей профессии верно высказывание: куй железо, пока горячо. Другими словами — нельзя отказываться. Считается: сегодня откажешься — завтра не пригласят. Да, возможно, не пригласят. Да, забудут. Я это чувствую. Но идти на компромисс и соглашаться на то, что совершенно против моих жизненных принципов, нельзя. Возможно, потому, что я точно знаю: самый главный экзамен в жизни — это смерть. И это ответственность. Каким сознанием я проживаю жизнь? Какие ценности для меня важны? Они должны быть не просто на словах, но в поступках. Высшая сила нас поддерживает, наделяет талантом, удачей, наблюдает за нами и, в конце концов, обязательно спросит: ради чего ты жила? какой ты была матерью? женой? дочерью? Как роли выбирала, почему? Какие смыслы несла своей работой?

В домах престарелых проводили опросы находящихся при смерти людей. Они были успешными, богатыми, но родственники поместили их в казенный дом, чтобы старики были всем обеспечены, чтобы сиделка за ними ухаживала. «О чем вы больше всего жалеете?», — спрашивали стариков. И почти все отвечали, что мало времени проводили с семьей, с близкими, с детьми. А в нашей актерской карьере легко пойти по неверной дороге, оправдываясь поговоркой: «Куй железо, пока горячо».

«Любовь — в прощении, терпении, смирении»

— Вам повезло — вы замужем. Но некоторым актрисам действительно приходится пахать, чтобы растить детей, поддерживать родителей.

— Вы правы, никого нельзя осуждать, у всех совершенно разные жизненные ситуации. Можно выбрать карьеру, деньги, славу, развестись с одним мужем, вторым, третьим…

— Вы тоже дважды ошиблись, прежде чем встретили Луи.

— Да, потребовалось время, чтобы понять, что для меня важнее.

— Луи — гражданин Швейцарии, хотя несколько лет жил в России, знает русский язык. Но существует по-прежнему на две страны?

— Да, сейчас так. Луи — человек мира.

— И вы принимаете такую ситуацию?

— Конечно. Как Луи принимает мой выбор — жить и работать в России.

Дина Корзун и Луи Франк. Фото: РИА Новости/ Екатерина Чеснокова

— Получается, в основном вы здесь одна с детьми?

— Мы общаемся с Луи каждый день, по многу раз. Все решения — большие и мелкие — принимаем вместе. Да, дети скучают. Сейчас папы не будет месяц, и мы поедем к нему на выходные. Потом он вернется в Москву, будет с нами…

Сейчас всем тяжело. В том числе родителям Луи. Они хотели бы, чтобы мы были рядом с ними — в Швейцарии. Когда приезжаем, стараются не касаться тем о России. Даже договариваются между собой: ни слова о политике! Но два года после начала СВО я не ездила к ним. Со мной не разговаривали.

Я ведь не просто поддерживаю Россию, а понимаю мировые процессы. Все циклично — во время Второй мировой войны генерал Власов встал на сторону Гитлера. Он так понимал мировые процессы. Если не делать уроков из нашей истории, не будет будущего у наших детей и их детей.

Чтобы закрыть сложную тему, скажу так: в Швейцарии живут дедушки, бабушки, дяди и тети моих детей. Они очень любят девочек. Дочки у нас удивительные! Очень добрые, мудрые, красивые, талантливые. Их любят заслуженно. И они, в свою очередь, любят родных Луи. Девочкам непросто на линии пересечения разных взглядов на мир. Но они справляются, стараясь быть гибкими, человеколюбивыми. И при этом не врать ни другим, ни себе.

Думаю, это отражение нашей семейной природы. Мы ведь с Луи — люди разных миров, культур, мировоззрений. Поначалу спорили, ломали копья. А потом поняли, что любовь выше всего. Она — в прощении, терпении, смирении, в служении друг другу. Наш союз держится на глубокой дружбе и взаимоуважении.

А я на своем месте. Стараюсь правильно воспитывать детей и выбирать спектакли, которые принесут пользу сознанию зрителей.

Дина Корзун. Фото: АиФ/ Игорь Харитонов

«Раньше Луи настаивал на втором паспорте»

— При этом не можете не думать о коллегах по «Стране глухих» — фильму, который сделал вас известной?

— С Максимом Сухановым были хорошие отношения до 2021 года. С Чулпан никаких — с 2017-го, мы еще работали вместе в фонде, но напрямую уже не общались, только письменно.

У меня нет врагов внешних. Все враги — внутри! Гордость, невежество, зависть. Окружающий мир отражается в нас как в зеркалах. И приходят только те люди, которых мы заслужили. В любой сложной ситуации спрашиваю себя: чему я должна здесь научиться? Когда тебя предали, сделали больно, ты понимаешь, что Вселенная учит милосердию и смирению. Хотя, когда бьют, мне, как и всем, больно. И слезы мои соленые. Как у всех.

Словом, в 2022-м я еще думала о тех людях, что уехали, и нам стало с ними не по пути. Но уже давно перестала о них вспоминать. Лучше никого не судить, тем более — не желать зла. Неисповедимы пути Господни. Он с каждым из нас разберется по высшей справедливости.

— Вы православная, а Луи — буддист…

— Буддизм считается не религией, а философией, мудростью о жизни. Луи настаивает, что в буддизме нет концепции Бога. А я всегда ощущала его в своем сердце.

На фронте вот не бывает неверующих — настолько там страшно. Но и в тылу в сложных обстоятельствах понимаешь, как хрупка жизнь. И осознаешь, что она — это человеческий дух, а тело — просто коробка или платье. Нужно лишь успеть правильно прожить отведенное тебе время, а не просто есть, спать, зарабатывать и тратить.

— Говорят, у вас только российское гражданство. При муже-иностранце это крайне неудобно.

— Да, надо каждый раз заполнять анкеты. Но швейцарскую визу я получаю за три дня — мы ведь с Луи 24 года вместе. Раньше он настаивал на втором паспорте. Тогда он мне был не нужен. А сейчас уже дело принципа. Точно не буду получать! Но, если Луи считает, что нам всем нужно поехать на Новый год к его стареньким родителям, я поеду.

Дина Корзун. Фото: АиФ/ Игорь Харитонов

— Мужняя жена?

— Конечно. Мы стали фактически одним целым, дополняя друг друга. Свои сильные качества я предлагаю ему как защиту. А в чем-то он намного сильнее и мудрее меня. Его мнение для меня важно. И, может, даже окончательное. Хотя и муж ко мне прислушивается, и учитывает мои мысли и чувства. Но, если его решение мне не нравится, я буду аргументировать, может, даже плакать. И Луи согласится, только если сочтет, что доводы разумные и во благо семье.

Сейчас ему тяжело — чтобы я жила и работала в России, чтобы девочки здесь учились, ему приходится без конца всем всё объяснять. Но Луи очень умный. Очень сильный. И для нас обоих главное — сохранять любовь и радость в сердце. Говоря символически — намыть в этом смутном бешеном потоке жизни «крупинки золота», обретя крупинки духовной мудрости.